* * *
У парня было мягкое, приятное на слух имя - Хуан Мануэль Гарсиа. Одежда и бирочка на груди автоматически причисляла его к бесформенной обезличенной массе с названием «персонал». Хотя было какое-то несоответствие между бросающимися в глаза признаками «персонала» и тем спокойствием, с которым он говорил по телефону безмятежно сидя среди ожидающих рейс пассажиров. Самолеты не умеют расслабляться. Они трудоголики и этот трудоголизм они проповедуют и распространяют на всех с кем соприкасаются , но Хуан явно игнорировал ритм и пропускал мимо ушей все их проповеди. И это обстоятельство подогревало интерес к тому, что он говорил в плотно прижатый и отгороженный ладонью от всех глаз мира телефон. Он говорил с нежностью, но эта нежность была умеренной. Помните были такие виды простых карандашей (а может и сейчас есть) «твердый», «твердо-мягкий», «мягкий»… так вот его нежность была «твердо-мягкой». В каждое слово (и это было заметно) он как бы акцентировано вкладывал свое собственное переживание:
-…да безусловно можно любить не только человека. Земля, Деревья, Трава, Небо способны принять любовь и возвратить собственную и это так же будет взаимно, но это несоизмеримо с тем, что может вернуть тебе Человеческое Существо. Знаю, оно способно так же наносить раны, но я не хочу сегодня об этом. Я скажу тебе так: а что если кто-то задал себе вопрос: «Интересно, а как это – максимально возможный уровень близости между двумя людьми? Как это выглядит? И какое оно на вкус? Вселенная, а можно кусочек?»
И знаешь, что ответила Вселенная….Она сказала: «Для того что бы тебе пережить это тебе нужно Нечто твоей частоты - тот кто словами или чувством задал себе такой же вопрос. Хотя… То, что ты просишь я уже выслала тебе, у тебя есть глаза, уши, и сердце. Родное себе ты почувствуешь. Мимо остального смело проходи не останавливаясь, что бы там тебе не говорили и чем бы тебя не пугали окружающие. Конечно, если хочешь остановится –это твое право, но зачем тебе по совету других пить из лужи если чуть дальше - горное озеро. Просто никто из твоих милых советчиков не был там».
Разговор замер. Мне показалось, что он смотрит прямо на меня. Было чувство, что его взгляд сделал оттиск на моей коже. Поворачиваю голову – так и есть. Только рука с телефоном все еще прижата, как при разговоре. А после эта рука медленно развернулась, а там вместо телефона какая-то коробочка с драже или что-то типа того.
- Зачем ты это делаешь? – спросил я его.
- Ты должен был это услышать, и я сказал это для тебя. Все это время я говорил с тобой.
- Хуан Мануэль Гарсиа! – проорала возникшая как фантом тетка, обладающая властью над персоналом, - какого черта ты тут делаешь и почему не работаешь!
- Я не могу постоянно работать, потому что иногда мне необходимо просто Жить,- ответил Хуан Мануэль Гарсиа, и сказал он это так что тетка как не старалась сдержаться все же улыбнулась и вообще растаяла как клубничное мороженное.